Моцарт споткнулся об руки пианиста

Во вторник в Колонном зале имени Лысенко Национальной филармонии в рамках "МоцАртФеста-II" выступил американский пианист Владимир Виардо в сопровождении Симфонического оркестра филармонии под управлением Николая Дядюры. Первые концерты фестиваля показали, что празднование 215-летия со дня смерти Вольфганга Амадея Моцарта не только не пошло на пользу киевским музыкантам, но и роковым образом отразилось на выступлении долгожданного гастролера.

Пианист Владимир Виардо - один из любимцев киевской публики, его выступления ежегодно собирают полный зал филармонии. Выпускник класса Льва Наумова в Московской консерватории, он в 21 год получил премию на Международном конкурсе имени Маргариты Лонг и Жака Тибо в Париже, а спустя два года победил в IV Международном конкурсе пианистов имени Клайберна в американском Форт-Уорте. Активную концертную деятельность Владимир Виардо совмещает с преподаванием в университете Северного Техаса и благотворительной работой в "Обществе Виардо". В последний свой приезд в украинскую столицу господин Виардо не только великолепно отыграл сольную программу, но и неожиданно удивил своим дирижерским талантом. Последующие его выступления по разным причинам отменяли, пока, наконец, имя пианиста не появилось в программе второго "МоцАртФеста".

Не мудрствуя лукаво, дирижер Симфонического оркестра Национальной филармонии Николай Дядюра и Владимир Виардо остановили свой выбор на двух популярных симфониях Моцарта - #40 и #41 - и двух таких же известных фортепианных концертах - #20 и #22. Правда, потом (решив, наверное, что для одного вечера этого будет слишком много) ограничились одним концертом.

Открывали и закрывали вечер симфонии. В заслушанной до дыр музыке Николай Дядюра не стал оригинальничать, а предложил залу получить удовольствие от сочного звука, хорошо сбалансированной фактуры (похоже, в Киеве живут все лучшие виолончелисты) и темпераментной интерпретации со свойственной дирижеру прямолинейностью. Порой не хватало внятных окончаний тихих фраз у скрипок, иногда было слишком много деревянных духовых. Все это казалось какими-то мелочами на фоне восхищения правильно найденной интонацией без малейшего намека на манерность.

К выходу на сцену Владимира Виардо оркестр и дирижер были подготовлены так же хорошо, как и к исполнению перед публикой заранее выученной программы. Главный гость вечера вышел на сцену непривычно бодрым шагом. С первой же фортепианной фразой Концерта #20 Моцарта бросилась в глаза какая-то отстраненность выражения его лица от движений рук. Руки и подвели музыканта: как только дело дошло до исполнения первых ломаных октав, партия левой руки стала заметно тормозить движение и отставать от мелодии в правой. Напрягая волю, а поэтому переходя на слишком громкий звук и приказной тон, пианист безуспешно пытался совладать с трелями, пассажами и просто не забыть нотный текст. Николаю Дядюре, успешно отлавливавшему пианиста во всех его приключениях в первой части произведения, не удалось отдохнуть даже во время медленной части, где пианист ни с того ни с сего ускорял темп чуть ли не вдвое, а потом так же неожиданно возвращался к прежнему настроению. Когда до завершения третьей части Концерта оставались считаные минуты, господин Виардо пару раз наткнулся на совершенно не подвластные ему в этот вечер арпеджио и опустил руки. Однако, взбодренный оркестровым эпизодом, все же нашел в себе силы доиграть Моцарта до конца.

Зал аплодировал пианисту без энтузиазма, но, кажется, с искренним сочувствием. Во-первых, с кем не бывает, во-вторых, от взаимной любви одним концертом не отделаешься.