сделать стартовой    в избранное
<?=SITE_NAME?>

Главная / История /



Прощай, оружие

Прощай, оружие

вторник, 16 января 2007 16:27:08

14 января исполнилось 13 лет со дня отказа Украины от статуса ядерной державы. Отношение к этим событиям в политической элите страны до сих пор неоднозначно.

Пожалуй, ясным в этой ситуации для всех было одно: от ядерного оружия надо было отказываться по многим соображениям. Другой вопрос, как? Первый президент Украины Леонид Кравчук, поставивший подпись под трехсторонним соглашением от лица Украины, отмечает, что это было единственным правильным решением, ведь оружие досталось в наследство от СССР, и срок безопасности ядерных боеголовок истекал в конце девяностых. Что в дальнейшем могло привести ко второму Чернобылю: "Мы тогда должны были бы стоять на коленах перед Россией, чтобы она их просто забрала. Не говоря уже там о каких-то возмещениях".

Ему оппонирует нынешний лидер УНП Юрий Костенко. Он был руководителем рабочей депутатской группы по подготовке к ратификации договора "Старт-1" и обретению Украиной безъядерного статуса в 1991-92 годах, а позже первым руководителем правительственной делегации Украины на переговорах с Россией о ядерном оружии. Благодаря его позиции ядерное оружие СССР, расположенное на территории Украины, было признано собственностью Украины. Кстати, от руководства делегацией Костенко был отстранен Кравчуком за то, что отказался подписывать соглашения, которыми Украина практически даром отдавала России третий в мире по своей мощи ядерный потенциал.

Костенко отмечает, что Украина могла бы растянуть процесс ядерного разоружения вплоть до 2003 года. "Удар по национальной безопасности и многомиллиардные материальные потери являются главными последствиями для Украины подписания 14 января 1993 года Кравчуком "трехстороннего соглашения" о ядерном разоружении Украины", - говорит он. Политик отмечает, что Кравчук подписал соглашение вопреки выводам Рабочей депутатской группы и позиции Верховной Рады.

"Трехстороннее соглашение" между Украиной, Россией и США, которое позволило вывести с территории Украины ядерное вооружение без какой-либо адекватной компенсации является разоружением, проведенным не в интересах Украины, а в интересах других государств - в первую очередь России и США... Мы могли растянуть процесс ядерного разоружения вплоть до 2003 года. Но стратегическое наступательное оружие, то есть четырехзарядные боеголовки, были полностью вывезены из Украины за два года, а тактическое ядерное оружие - еще в 1992 году", - отмечает Костенко.

Он также считает, что Украина могла поддерживать в безопасности ядерное вооружение. По его мнению, необходимо было обратиться к мировому сообществу, в том числе к США и России, и установить международный контроль над системой хранения ядерных боеголовок, в том числе на территории Украины, где было 5 хранилищ для хранения тактических и стратегических боезарядов. "Это означало бы, что Украина разоружается, но разоружается в своих национальных интересах, а не в интересах или России или США", - убежден Костенко.

Он отметил, что компенсации от "Большой семерки", которые получает Россия за уничтожение трети своего ядерного потенциала, исчисляются суммой 25 миллиардов долларов, а Украина получила в виде компенсаций 276 миллионов долларов только на техническую помощь от США.

"В итоге мы из своего собственного бюджета финансировали свое ядерное разоружение, в том числе и уничтожение шахтных пусковых установок, против чего категорически выступала Рабочая группа", - добавил Костенко. Он напомнил, что постоянно убеждал Кравчука, чтобы он настаивал на компенсации, которая отвечала бы, по крайней мере, стоимости 10 тонн плутония и 50 тонн высокообогащенного урана, которые содержались в нашем тактическом оружии - по приблизительным оценкам это свыше 10 миллиардов долларов.

Беспокойное наследство

Что же было на самом деле с украинским ядерным оружием? 19 ноября 1994 года в газете "Зеркало недели" Юлия Мостовая писала: "Не думаю, что существовал какой-то согласованный сценарий, согласно которому власть исполнительная на переговорах с США и Россией должна была кивать на "плохой парламент" и говорить: "Если вы не дадите деньги на демонтаж, то они не ратифицируют "Старт-1", или "Если не будет компенсации за вывозимые боезаряды, то парламент не ратифицирует 5-ю статью Лиссабонского протокола", или "Если вы не дадите Украине гарантии безопасности, то Верховный Совет не примет решение о присоединении к ДНЯО"... Все получилось само собой. Сторонники сохранения ядерного оружия были во многом правы, но они забывали о том, что политика - искусство возможного. Дипломаты же и первый Президент Украины, будучи возможно внутренне с ними согласными, выполняли предначертанное Верховным Советом - достигали безъядерного статуса, поскольку очень хорошо понимали, чем чреват для Украины отказ от декларированного намерения. В результате непримиримые стороны помогли друг другу вывести компромиссное решение, а главное - навязать его своим оппонентам в Москве и Вашингтоне. В итоге Украина отдаст свой ядерный арсенал не просто так, как того хотели идеологи ядерного стриптиза Дмытро Павлычко и Иван Драч, а в обмен на твэлы для АЭС, гарантии безопасности, компенсации и деньги на демонтаж".

Таковым был взгляд многих тогдашних представителей украинской элиты на этот международный вопрос. Не изменился кардинально он и сейчас.

В 1991 году часть советского ядерного потенциала в Украине по количественным показателям превышала ядерные силы Франции, Великобритании или Китая. На двух ракетных базах в районе Первомайска, Николаевской области и Хмельницкого находилось 176 шахтных пусковых установок (ШПУ) межконтинентальных баллистических ракет. Большую часть их составляли ШПУ жидкотопливных ракет. Таким образом, размещенные в Украине части РВСН могли доставить к цели 1240 ядерных боеголовок. Суммарная их мощность превышала 680 мегатонн. Кроме того, на украинской территории находились две дивизии дальней авиации. Они могли поднять в воздух 492 КРВБ большой дальности. Кроме того, на складах имеется еще около 100 крылатых ракет воздушного базирования, предназначенных для замены вооружений при ремонте. Всего, таким образом, в Украине состоянием на 1991 год находилось 1800 - 1900 ядерных боезарядов стратегического назначения. Плюс к этому в начале 1992 года там имелось около 2600 боезарядов тактического ядерного оружия.

Однако не стоит забывать, что, во-первых, все заводы по производству ядерных боезарядов находились в России. А это значит, что ядерные боеприпасы, размещенные в Украине, должны были регулярно доставляться туда, причем на те же самые заводы, где они были собраны, для проведения необходимого технического обслуживания. Проблема эта приобрела острый характер весной-летом 1993 года, поскольку наши ядерные боеприпасы остались без должного технического обслуживания. В результате значительная часть их оказалась в предаварийном состоянии. Кроме того, демонтаж и утилизация сокращаемых боезарядов также могли производиться только в России

Во-вторых, хотя в Украине и производились все составные части МБР (ракета, система управления, прицеливания и связи), ее зависимость в этой области от поставок комплектующих из РФ достигала 40%2. В-третьих, Украина не располагала системой боевого управления стратегическими ядерными силами, развернутыми на ее территории. Военные органы и технические структуры, осуществляющие выбор целей для стратегических вооружений, разработку целеуказаний, оценку обстановки и подготовку решений по их принятию, находились в России. Излишне напоминать, куда были нацелены все ракеты. Их перенацеливание также было до чрезвычайности наукоемким процессом. А еще на тот момент, как утверждал кандидат исторических наук Юрий Федоров, в Украине до сих пор не была создана система, позволяющая технически блокировать применение стратегических вооружений по команде из России.

Для того чтобы восстановить свое ядерное оружие до степени функционирования Украине по оценке аналитической записки "Ядерная политика Украины" необходимо было бы потратить порядка 40 миллиардов долларов, а молодое государство с нестабильной экономикой этого себе позволить не могло. Тем более не стоит забывать и о прессинге со стороны мирового сообщества.

Торги за атом

Украинский подход к ядерным проблемам прошел через несколько этапов. Для первого из них, окончившегося весной 1992 года, было характерно стремление избавиться от ядерного оружия бывшего СССР. Оно, однако, дополнялось все более очевидным нежеланием просто, без всяких условий передать его РФ, усиливая тем самым ее и без того значительную военную мощь. Первым официальным украинским документом, который касался ядерного оружия, стала Декларация о государственном суверенитете Украины. Вряд ли в тот момент кто-либо рассчитывал, что вопрос о выводе ядерного оружия может встать в практическом плане в ближайшие годы. Кроме того, антиядерные лозунги соответствовали доминировавшим настроениям общественности, глубоко переживавшей Чернобыльскую трагедию. Достаточно вспомнить позиции поэтов-руховцев Драча и Павлычка.

После августовских событий вопрос о том, кто контролирует ядерное оружие, стал объектом серьезных дискуссий, как в Москве, так и в Киеве. В начале сентября 1991 года в заявлениях российского руководства ясно просматривалось желание установить собственный контроль над ним. В свою очередь, Министерство обороны бывшего СССР отстаивало сохранение единых вооруженных сил. В качестве запасного варианта там допускали возможность перехода к объединенным вооруженным силам, но с обязательным выделением стратегических компонентов, не подлежащих никакому разделу и находящихся под централизованным управлением. Ельцин не рискнул ссориться с военными и поддержал их позицию.

Ни тот ни другой вариант Киев естественно не устраивал. Сохранение союзных военных структур делало украинскую независимость неполной. А передача ядерного оружия России усиливала бы государство, считающееся в Украине потенциальным противником. Попытка же отказа от безъядерного статуса не получила бы поддержки ни внутри Украины, ни, что гораздо важнее, у руководства ведущих западных стран. В этих условиях потребовалась разработка особой линии, учитывающей все эти противоречивые интересы.

Она была сформулирована в Заявлении, принятом Верховной Радой 24 октября 1991 года. Там подтверждались курс на отказ от ядерного оружия и намерение присоединиться к Договору о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО). Говорилось также, что присутствие ядерного оружия бывшего СССР на украинской земле носит "временный характер". Однако там не было конкретики. Как "законный правопреемник" бывшего СССР Украина выражала готовность соблюдать Договор СНВ-1 и вступить в переговоры с РФ, Беларусью и Казахстаном об уничтожении подпадающих под него вооружений. Тогда Кравчук заявлял сразу же после принятия этого документа: "Я против того, чтобы перемещать ядерное оружие с территории на территорию... Мы не собираемся раздеться догола и безразлично смотреть, как наши соседи наращивают вооружения".

Но международное сообщество заставило Украину пойти на ряд уступок. Так, Украина обязалась присоединиться к ДНЯО в качестве безъядерного государства. К 1 июля 1992 года тактическое ядерное оружие должно было быть вывезено в РФ и размещено там, на центральных предзаводских базах для разукомплектования под совместным контролем. До полной ликвидации ядерного оружия на территории страны решение о его применении должно было приниматься Президентом РФ по согласованию с руководителями Украины, Беларуси и Казахстана. А стратегическое ядерное оружие, размещенное в Украине, должно быть уничтожено к концу 1994 года.

Включенное в эти соглашения по настоянию Киева положение о выводе ядерного оружия из Украины до начала 1995 года отражало две принципиальные установки. А именно ее стремление избежать участия в каких-либо военных союзах и представление о том, что наличие ядерного оружия на украинской территории будет привязывать Киев к оставшимся от бывшего СССР общим военным структурам. Из этого и вытекала линия на то, чтобы избавиться от него в максимально короткие сроки.

Юрий Федоров пишет, что согласованный тогда подход позволял Украине достичь и двух других целей: не допустить установления российской монополии на ядерное оружие, сохранить его под коллективным контролем с участием Украины, а также успокоить западных лидеров, обеспокоенных перспективой появления на территории бывшего СССР нескольких новых ядерных государств. Однако формирование единого централизованного механизма управления Стратегическими силами было заморожено весной 1992 года из-за невыполнения условий договора РФ и пересмотра Украиной своей ядерной политики.

Тогда Украина сделала ставку на свое превращение в ядерную державу, что встретило дикое противодействие Вашингтона и Москвы. 16 апреля 1992 года было подписано российско-украинское соглашение относительно тактического ядерного оружия, а также протокол о сроках ликвидации выводимых боеголовок и механизмах контроля. РФ соглашалась с тем, чтобы украинские наблюдатели присутствовали на предприятиях, где производится разукомплектование боезарядов. Однако Украина отказалась (хотя затем это требование появилось вновь) от идеи международного контроля над этим процессом. Вывод тактических боеголовок был возобновлен.

В начале мая 1992 года последний такой боеприпас покинул украинскую территорию. В те же дни президент Кравчук, будучи в Вашингтоне, подтвердил намерение Украины обрести в будущем безъядерный статус. Однако и США, и РФ должны были сделать шаг навстречу Киеву и согласиться с подписанием многостороннего документа, относящегося к ядерному оружию бывшего СССР. Так был подписан Лиссабонский протокол.

23 мая 1992 года в Лиссабоне представителями РФ, США, Украины, Казахстана и Беларуси был подписан дополнительный протокол к Договору СНВ-1. Суть его заключалась в следующем: все четыре государства (Россия, Украина, Беларусь и Казахстан) признавались сторонами Договора СНВ-1 и принимали на себя вытекающие из него обязательства; Беларусь, Украина и Казахстан обязывались присоединиться к ДНЯО в качестве безъядерных государств "в возможные кратчайшие сроки"; данный протокол должен быть ратифицирован вместе с Договором СНВ-2; указывалось, что ядерное оружие бывшего СССР "останется под безопасным, строгим и надежным контролем единого объединенного командования".

Однако осталось это соглашение ратифицировать. В процессе слушаний и обсуждений в ВР были сформулированы четыре главных условия, без выполнения которых Украина не собирается ратифицировать СНВ-1. Эти условия поддерживались практически всеми политическими силами, а также и исполнительной, и законодательной властью, пишет Юрий Федоров. Во-первых, Украина должна была получить гарантии безопасности с помощью многостороннего документа, имеющего обязательный юридический характер, подписанного всеми пятью ядерными державами. В нем должны были быть четко сформулированы отказ от территориальных претензий к Украине и от экономического давления на нее, а также обязательство защищать в случае агрессии.

Во-вторых, Украина требовала компенсации за все расщепляющиеся материалы.

В-третьих, США должны предоставить Украине финансовую помощь в размере около 1,5 миллиарда долларов для покрытия расходов по ядерному разоружению. Вашингтон же готов был выделить Украине 175 миллионов долларов. По подсчетам украинских экспертов, уничтожение ядерных боеголовок может обойтись в 2,8 миллиардов долларов (что включает стоимость объекта по их уничтожению), а ликвидация МБР и ШПУ - в 3 миллиарда долларов.

В-четвертых, уничтожение ядерных боеголовок должно было происходить под соответствующим контролем. При этом вопросы ликвидации боеголовок и носителей должны рассматриваться в едином комплексе. Иначе Украина может оказаться перед необходимостью самостоятельно, без поддержки извне заниматься ликвидацией носителей, в том числе МБР, снаряженных крайне токсичным топливом - гептилом.

Практически все основные требования Украины, кроме финансовых, о которых говорил Юрий Костенко выше, были удовлетворены. Однако та же Россия сейчас манкирует своими международными обязательствами относительно сохранения территориальной целостности Украины. Как передает НТН, Сергей Згурец, эксперт Центра исследований армии, конверсии и разоружения отмечает, что когда российская сторона по непостижимой логике начала достраивать дамбу к косе Тузла, украинская сторона вспомнила о меморандуме. Но с другой стороны все понимали, что меморандум не предусматривает какой-то ответственности со стороны любого государства.

Пока же Украина, как когда-то и боялись, заканчивает ликвидацию ядерных вооружений собственноручно.

источник: Подробности

« назад

HTML код:
  • копировать HTML код
  • смотреть
    BB код (код для форумов):
  • копировать код для форумов
  • смотреть
  • Последние новости:

    Читать по теме:

    Права на сайт World & News © 2006
    Новости принадлежат их авторам.